Мониторинги

ПОСТСОВЕТСКАЯ ЕВРАЗИЯ: ВЗГЛЯД С ЗАПАДА (29.10. – 11.11.2021)

ПОСТСОВЕТСКАЯ ЕВРАЗИЯ: ВЗГЛЯД С ЗАПАДА (29.10. – 11.11.2021)

В центре внимания западных экспертов снова была ситуация в Беларуси в связи с подписанием 28 дорожных карт интеграции с Россией, а также миграционным кризисом на границе с Польшей. Среди других тем – отношения России с США, Германией, Китаем и Турцией, а также энергетический кризис на Украине из-за дефицита угля.

Политика США в отношении России

Джошуа К. Хумински пишет о стратегических приоритетах США в отношении России. Эксперт отмечает, что, несмотря на разворот американской политики к Азиатско-Тихоокеанскому региону и противостоянию с Китаем, США не следует недооценивать роль и возможности России на международной арене. 

По мнению Дж. Хумински, Россия по-прежнему полна решимости усиливать свое глобальное влияние на мировой арене и считает свои отношения с Западом враждебными. 
Не следует также недооценивать экономический потенциал России. При этом Дж. Хумински полагает, что стратегические интересы России останутся неизменными, независимо от того, будет у власти В. Путин или нет. По мнению автора, США должны сохранять курс на стратегическое сдерживание России, не только в Европе, но также на Ближнем Востоке и в Центральной Африке. Среди мер по стратегическому сдерживанию России Дж. Хумински предлагает также экономические санкции и сохранение многосторонних альянсов с западными союзниками. В то же время, он призывает США к сдержанности и реалистичному подходу в отношениях с Москвой.

Политика Германии в отношении России вряд ли изменится после ухода Меркель

Йонас Дж. Дридгер полагает, что политика Германии в отношении России не претерпит принципиальных изменений после ухода А. Меркель. 

 Автор считает беспочвенными опасения, что после формирования правящей коалиции во главе с СДПГ Германия начнет сближение с Россией. 

Эти опасения обусловлены тем, что в бытность канцлером социал-демократа Г. Шредера Германия проводила дружественный курс в отношении Москвы, а сам Шредер имеет тесные личные связи с Путиным. В этой связи Й. Дридгер отмечает, что в настоящее время Шредер не оказывает влияния на политику социал-демократов, а сама СДПГ поддерживала курс А. Меркель в отношении России, будучи членом правящей коалиции. Кроме того, СДПГ будет вынуждена учитывать позицию своих младших партнеров по правительству. Таким образом, Й. Дридгер делает вывод, что политика нового немецкого правительства в отношении России сохранит преемственность с курсом А. Меркель.

Перспективы военного альянса России и Китая

Тед Снайдер пишет о перспективах создания военного альянса между Россией и Китаем. 

 По мнению автора, усиливающееся российско-китайское сотрудничество обусловлено ситуацией «второй холодной войны», в которой оказались Россия и Китай в отношениях с США. 

Т. Снайдер отмечает, что после завершения холодной войны Россия рассчитывала на формирование нового миропорядка без блоков и разделительных линий, где страны на равных сотрудничают друг с другом. Однако США предлагали России лишь присоединение к западному блоку в качестве проигравшей стороны. Аналогичным образом, Китай также был вынужден принять реалии «второй холодной войны», осознав, что международная система, в которой доминируют США и их западные союзники, никогда не признает его равным. Именно эти обстоятельства, по мнению Т. Снайдера, вынуждают Россию и Китай к сближению друг с другом и формированию стратегического партнерства. В то же время, как полагает Т. Снайдер, речь не идет о создании полноценного военного блока, и, несмотря на высокую степень координации в военной сфере, между Россией и Китаем нет жестких обязательств во взаимной обороне.

Россия и Турция переносят ближневосточное соперничество на Кавказ

Нил Хауэр считает, что Россия и Турция намерены перенести свое геополитическое соперничество на Южный Кавказ. По мнению автора, этому может способствовать новый формат «3+3», в котором будут участвовать Россия, Турция и Иран с одной стороны, и государства Закавказья – с другой. Турции этот формат выгоден, поскольку позволит ей нарастить свое присутствие на Кавказе. Россия, со своей стороны, заинтересована в этом формате, видя в нем инструмент выдавливания стран Запада с Закавказья. По мнению Н. Хауэра, с Турцией у России выстроились отношения «конкурентного сотрудничества», и в качестве контрагента Анкара комфортнее для Москвы, чем Запад. При этом роль Ирана на Кавказе, как полагает Н. Хауэр, останется преимущественно формальной. 

 Автор считает, что подобный формат несет угрозу государствам Южного Кавказа, поскольку будет означать перенос в регион разрушительной геополитической конкуренции, которую Россия и Турция демонстрируют на Ближнем Востоке.

Россия-Беларусь

Григорий Иоффе анализирует реакцию экспертного сообщества на подписание 4 ноября 28 интеграционных программ президентами Беларуси и России. В статье отмечается, что многие эксперты считают подписанные документы расплывчатыми и изобилующими ни к чему не обязывающими формулировками. Вместе с тем, отмечается общая тенденция к росту влияния России на Беларусь. На этом фоне белорусская оппозиция в изгнании демонстрирует нарастающую потерю единства, которое она обрела в 2020 г.: отдельные ее группы все меньше координируют свои действия друг с другом и все больше озабочены поиском источников финансирования собственной деятельности.

Камил Клысиньски и Петр Жоховски пишут об итогах заседания Высшего государственного совета Союзного государства, на котором были подписаны 28 интеграционных программ. 

 Польские эксперты отмечают, что А. Лукашенко годами откладывал обязывающие решения по вопросам белорусско-российской интеграции, осознавая риск ограничения белорусского суверенитета в пользу России. 

Однако в настоящее время изолированный Западом и подвергающийся санкциям Минск имеет гораздо меньше возможностей для маневра и может получить дешевое сырье, финансовую поддержку и другие экономические преференции только от Москвы. В такой сложной ситуации Лукашенко был вынужден формально согласиться с ускорением интеграции. Однако, по мнению польских экспертов, все указывает на то, что белорусская сторона по-прежнему пытается затянуть выполнение взятых на себя обязательств. Окончательная доработка деталей интеграционных программ была растянута на 2021-2023 гг., а в некоторых случаях даже отложена до 2027 г. В то же время, отказ В. Путина от приезда в Минск свидетельствует, по мнению К. Клысиньского и П. Жоховского, о том, что Москва таким образом демонстрирует свое недовольство недостаточным реальным значением подписанных документов, уклонением Лукашенко от конституционной реформы, а также провокационным поведением Минска в последнее время (закрытие белорусской редакции «Комсомольской правды», критика В. Путина в белорусских государственных СМИ). Тем не менее, несмотря на недоразумения в белорусско-российских отношениях, Россия воспринимает Беларусь как территорию, имеющую стратегическое значение для военной безопасности. По мнению польских экспертов, это означает, что Кремль заинтересован в продолжении конфронтационной политики Лукашенко в отношении Запада, видя в этом удобное средство поддержания зависимости Беларуси от России.

Петр Жоховски комментирует политику России по поддержке А. Лукашенко в рамках миграционного кризиса на белорусско-польской границе. 

 По словам польского эксперта, заявления официальных представителей Кремля говорят о том, что Москва не намерена отказываться от политической поддержки режима Лукашенко. 

 Кремль заинтересован в управляемой эскалации кризиса, чтобы использовать его как форму политического давления на западные государства, формально не неся за это никакой ответственности. Однако П. Жоховски не исключает, что в случае резкого ухудшения обстановки на границе, например, в связи с вооруженными инцидентами, Москва дистанцируется от действий Лукашенко. Поддержка Лукашенко Кремлем не носит безоговорочный характер. В частности, Москва не желает осуществления сценария, при котором миграционный кризис в Беларуси может угрожать ее собственной безопасности, например, если часть мигрантов попытается вернуться в страны своего происхождения через территорию России. П. Жоховски также отмечает, что Москва использует события на белорусско-польской границе в своих информационных операциях, дискредитируя действия властей Польши, а также возлагая ответственность за миграционный кризис на Запад.

Украина на грани энергетического кризиса

Славомир Матушак пишет об энергетическом кризисе на Украине. На 7 ноября запасы угля составили 584 тысячи тонн, что является самым низким показателем на начало отопительного сезона. Для сравнения, год назад угольные запасы Украины составляли 2,5 млн тонн, т.е. в 2,5 раза больше, чем сегодня. При этом тепловая энергия обеспечивает производство 30% электроэнергии на Украине и имеет ключевое значение для балансировки сети в периоды пикового потребления. Такому положению дел в значительной степени поспособствовала приостановка Россией поставок антрацитового угля на Украину с 1 ноября, а также блокирование возможности импорта из Казахстана, что еще больше усложняет ситуацию. Из-за дефицита электроэнергии Киев был вынужден запросить аварийные поставки электричества из Беларуси, однако эти поставки могут оказаться недостаточными и нестабильными. С. Матушак отмечает, что кризис в энергетическом секторе может задержать интеграцию украинской энергосистемы с ЕС – в настоящее время большая часть территории Украины синхронизирована с сетями Беларуси и России. 

 По мнению С. Матушака, решение России прекратить поставки угля носит политический характер. 

Как полагает польский эксперт, Кремль использует широкий спектр политических, военных и экономических инструментов для оказания давления на Киев и дестабилизации ситуации на Украине.